Закон об ИИ опубликован: что генеральному директору необходимо сделать за 90 дней

Основная часть закона вступает в силу 1 сентября 2026 года. Отдельные специальные положения начнут действовать 1 марта 2027 года.

Для бизнеса это не означает, что с сентября потребуется зарегистрировать каждую используемую нейросеть или прекратить применение иностранных сервисов.

Но и считать закон исключительно проблемой крупных разработчиков было бы ошибкой.

Искусственный интеллект уже встроен в бизнес-процессы большинства компаний. Его используют при подготовке документов, обработке клиентских обращений, подборе сотрудников, программировании, финансовом анализе, маркетинге и закупках.

При этом руководство часто не знает:

— какие именно системы фактически применяются;

— какие данные сотрудники передают внешним поставщикам;

— как проверяются результаты;

— кто отвечает за последствия;

— какие доказательства сохраняются.

Поэтому первым управленческим результатом после опубликования закона должен стать не формальный приказ «о соблюдении № 243-ФЗ», а система контроля корпоративного применения ИИ.

Ниже — реалистичный план на 90 дней.

Дни 1–30. Инвентаризация и немедленное ограничение критических рисков

1. Составить фактический реестр ИИ-систем

В реестр должны войти не только официально закупленные решения.

Необходимо выяснить, какие публичные сервисы используют сотрудники, какие функции искусственного интеллекта встроены в корпоративное программное обеспечение и какие автоматизированные инструменты были разработаны внутри компании.

Для каждой системы следует зафиксировать:

— поставщика и договорную модель;

— назначение;

— подразделение-пользователя;

— категории обрабатываемых данных;

— место обработки и хранения;

— возможность использования запросов для обучения;

— наличие журналов;

— последствия возможной ошибки.

Реестр не должен превращаться в перечень товарных знаков. Его задача — показать, где искусственный интеллект фактически влияет на деятельность компании.

2. Ввести временные запреты

До завершения аудита разумно запретить или ограничить передачу в публичные модели:

— персональных данных клиентов и сотрудников;

— адвокатской, банковской, врачебной и иной профессиональной тайны;

— коммерческой тайны;

— непубличной финансовой информации;

— исходного кода и учётных данных;

— документов по незавершённым сделкам и спорам;

— материалов внутренних расследований.

Такой запрет не должен ограничиваться общим призывом «не загружать конфиденциальную информацию». Сотрудникам необходимо дать конкретные примеры допустимых и запрещённых действий.

3. Определить критические процессы

Особое внимание требуется там, где ИИ:

— принимает или предлагает кадровые решения;

— оценивает клиентов;

— влияет на выдачу денег или управление активами;

— готовит юридически значимые документы;

— взаимодействует с государственными системами;

— формирует публичные заявления;

— управляет производственными или информационными процессами;

— получает доступ к защищённым данным.

Для таких сценариев необходимо временно установить обязательную человеческую проверку и право остановки автоматизированного действия.

Дни 31–60. Данные, договоры и ответственность

4. Построить карту потоков данных

Руководству необходимо понимать не только то, что сотрудник вводит в интерфейс.

Следует установить:

— куда физически передаётся запрос;

— хранится ли он поставщиком;

— используется ли для улучшения модели;

— передаётся ли третьим лицам;

— в какой юрисдикции происходит обработка;

— можно ли удалить информацию;

— какие технические журналы доступны клиенту.

Особенно опасно механически считать, что платная версия публичного сервиса автоматически гарантирует конфиденциальность и соблюдение требований российского законодательства.

Условия каждой системы должны проверяться отдельно.

5. Пересмотреть договоры с поставщиками

Минимальный договорный стандарт должен охватывать:

— точное назначение системы;

— допустимые категории данных;

— технические и функциональные ограничения;

— порядок изменения модели;

— место обработки и хранения;

— использование клиентских данных для обучения;

— привлечение субподрядчиков;

— журналирование;

— уведомление об инцидентах;

— содействие при расследовании;

— удаление или возврат данных;

— порядок выхода из сервиса;

— ответственность и её реальный лимит.

Отдельно следует проверить, вправе ли поставщик в одностороннем порядке изменить модель, функциональность или условия обработки данных.

Если компания не контролирует существенные изменения сервиса, её первоначальная оценка рисков быстро теряет актуальность.

6. Утвердить матрицу ответственности

В ней необходимо развести роли:

— собственник бизнес-процесса;

— ИТ-подразделение;

— информационная безопасность;

— юридическая служба;

— служба внутреннего контроля;

— закупки;

— подразделение по персональным данным;

— конечный пользователь;

— лицо, принимающее окончательное решение.

Формулировка «за искусственный интеллект отвечает ИТ» не работает.

ИТ может обеспечить интеграцию и доступность системы, но не должно единолично отвечать за законность кадрового решения, содержание юридического документа или допустимость использования клиентских данных.

Дни 61–90. Постоянная система управления

7. Принять политику применения ИИ

Федеральный закон № 243-ФЗ не устанавливает для каждой организации универсальную обязанность иметь отдельную политику.

Однако без внутреннего документа практически невозможно:

— определить разрешённые системы;

— ограничить категории данных;

— установить уровни человеческого контроля;

— распределить полномочия;

— утвердить порядок допуска нового поставщика;

— организовать расследование инцидентов;

— доказать, что руководство принимало разумные меры.

Политика должна быть короткой и применимой. Документ на десятки страниц, который сотрудники не читают и который не связан с техническими настройками, не обеспечивает реального контроля.

8. Ввести журналирование критических решений

Для процессов с повышенными последствиями желательно сохранять:

— наименование и версию системы;

— дату и время обращения;

— исходные данные;

— параметры или значимые настройки;

— полученный результат;

— сведения о проверяющем лице;

— внесённые изменения;

— принятое окончательное решение.

Не вся информация должна храниться бессрочно. Сроки необходимо соотносить с назначением процесса, требованиями законодательства, безопасностью и риском спора.

Но отсутствие цифрового следа означает, что после инцидента компания будет восстанавливать события по памяти сотрудников и разрозненной переписке.

9. Подготовить порядок реагирования на инциденты

Инцидентом следует считать не только технический взлом.

К нему могут относиться:

— раскрытие защищённой информации;

— дискриминационный или незаконный результат;

— ошибочное решение с финансовыми последствиями;

— использование чужого результата интеллектуальной деятельности;

— некорректная публикация;

— несанкционированная автоматизация;

— потеря доступа к данным или модели;

— существенное изменение поставщиком системы.

Порядок реагирования должен устанавливать остановку процесса, сохранение доказательств, внутреннее расследование, оценку необходимости уведомлений, взаимодействие с поставщиком и устранение причин.

Какой результат должен получить генеральный директор

Через 90 дней у компании должны существовать не презентация о преимуществах искусственного интеллекта и не формальный приказ, а шесть управленческих результатов.

Первый — реестр систем.Руководство знает, какие модели используются официально и фактически.

Второй — классификация данных.Для каждой категории систем установлены допустимые и запрещённые сведения.

Третий — матрица контроля.Определено, где автоматизация допустима, где требуется человек и кто вправе остановить процесс.

Четвёртый — единый договорный стандарт.Закупки, ИТ и юристы проверяют одинаковый набор критических условий.

Пятый — цифровой след.Критические решения можно восстановить после события.

Шестой — порядок реагирования.Компания знает, что делать при утечке, ошибке или незаконном результате.

Чего делать не следует

После опубликования закона опасны две противоположные реакции.

Первая — запретить любые ИИ-инструменты. Это вытеснит использование в неконтролируемую зону и лишит компанию технологических преимуществ.

Вторая — считать, что до появления штрафов и подробных подзаконных актов ничего менять не требуется.

Значительная часть рисков уже регулируется действующим законодательством. Компания отвечает за данные, трудовые решения, договорные обязательства, причинённый вред и действия своих сотрудников независимо от того, упоминается ли конкретная система в Федеральном законе № 243-ФЗ.

Правильная стратегия — не запрет и не безусловное доверие, а управляемое применение.

Полный юридический разбор закона, его предмета, сроков вступления в силу, ответственности, договоров, персональных данных и человеческого контроля опубликован на сайте ADVOLAW:

Информация носит аналитический характер. Правовая оценка конкретной системы зависит от её архитектуры, назначения, категорий данных, роли участников, договоров и отраслевого регулирования.