Всемирная история торговли в стиле Сатирикона: часть 26. Крах доткомов - старые сказки или воспоминания о будущем?

...и в наступившем 99-м он дал не менее 800 интервью (то есть примерно по 4 в день — считая рабочие дни) ведущим американским и мировым изданиям, то есть мелькал в СМИ чаще любого президента США, рассказывая о том, каким умным шагом будет вложение в доткомы.

Таких «блоджетов» тогда в Америке были десятки, они вошли в моду и звучание их из каждого утюга было ответом на запрос инвесторов, на поддержание иллюзии о том, что интернет — явление, изменившее рынок.

Понятно, что и Блоджет и множество его «подельников» были мгновенно забыты после 10 марта 2000 года, когда разразилась рыночная катастрофа, вошедшая в историю как «крах доткомов», которую не смог предвидеть не только Блоджет, но все финансовые воротилы страны. Фокус же заключался в том, что интернет, сам по себе, не стал новым товаром, он не заменил собой «операционку», работу на земле, и это в тот момент мало кто понял. Стартапы росли в геометрической прогрессии, и количественно (на NASDAQ тогда котировалось 8 тыс компаний — сейчас только 4), и финансово — там, где еще год-два назад был полный ноль, расцветало «денежное дерево», люди с деньгами буквально гонялись за стартаперами в надежде дать им денег.

Едва образовавшись, стартапы рвались на IPO, «поднимая» огромные суммы, миллионеров было больше, чем сперматазоидов, правда, как и сперматозоиды, цели достигали не все — компании частенько прогорали и без всякого финансового удушья, которое принес с собой кризис, просто из-за непопадания в нишу или неумелого управления.

Тем не менее Калифорния переживала третью, после золотой и нефтяной, лихорадку в своей истории — высокотехнологическую.

Наверное, лучше всего происходящее описал миллиардер Марк Кьюбан, сделавших стартовый капитал именно на акциях технологических компаний: «Ах, старые добрые дни. Акции росли по $25, $50, $100 за день. Дни торгов были сущим адом. У каждого, с кем ты говорил, была история о том, как он сделал кучу денег на такой-растакой акции. За час. Люди поднимали на акциях миллионы за недели, если не быстрее».

Однако в какой-то момент операционка доказала свою важность — у компаний, вкладывавшихся в рост клиентской базы (понятное стремление) вдруг кончились деньги на маркетинг. А еще (тоже «вдруг») оказалось, что исполнять заказы тупо нечем.

Историй «лопнувших пузырей» очень много, одна из самых «красивых» (нет, конечно, в смерти нет ничего прекрасного, но иногда есть что-то поучительное) — это история Webvan, первой компании, которая взялась доставлять готовую еду по заказам в интернет за 30 минут.

В 1996-м, когда компания была создана, идея была абсолютно свежей, но и за подражателями дело не стало, и инвесторы, как могли, «разгоняли» компанию, чтобы новаторство дало свои плоды, вкладывая, вкладывая и вкладывая деньги под лозунгом «эффективность — ничто, рост клиентской базы — всё».

Webvan, в руководстве которой было полно талантливых компьютерщиков и прекрасных финансистов, но ни одного логиста и человека с опытом в ритейле, быстро «разогнало рынок», залив деньгами рекламные площадки, и стала невероятно популярной, через пару лет она уже присутствовала в десятке крупнейших городов США и планов по экспансии было невероятное количество, когда вдруг выяснилось, что операционные затраты — склады и сортировочные центры, дарк китчен, транспорт, курьеры — таковы, что «отбить» их за счет текущей операционной деятельности не представлялось возможным. К тому моменту (1999-й), когда для умных инвесторов прозвучал первый звоночек, компания оценивалась в $4,8 млрд,

Фирма отчаянно боролась за выживание почти два года, но операционный минус все это время висел над ней домокловым мечом. В итоге Webvan обанкротилась только в 2001-м, с убытком в $800 млн.

Да, первыми в момент краха доткомов «посыпались» именно торговые компании, но их падение потянуло за собой и проблемы у компаний технологических, вроде Cisco или Corning, потому что мощности (и вливание акционеров в их развитие) были рассчитаны на принципиально иной сценарий роста интернет-бизнесов, потребителей их продуктов. Сдувались и провайдеры интернет, и производители чипов, и производители софта — пережили беду не больше половины компаний, действовавших на рынке в начале 2000-го.

«Бабахнуло» и на рынке труда — потребность в программистах вдруг оказалась резко ниже, чем это планировалось, и программисты резко меняли профессию. В Америке тогда модно было шутить насчет того, как программисты переквалифицируются в юристов и бухгалтеров.

Маркером катастрофы стали офисные кресла Aeron, изобретенные всего-то за шесть лет до краха доткомов: в 94-м они потупили в продажу по цене в $99.95 за штуку — понятно, никто не собирался покупать их по таким бешеным ценам, но к тому моменту, когда пузырь лопнул, они стоили уже $1100, их величали не иначе как «трон доткомов», стартаперы, люди с деньгами, вкладывались в них как в символ успеха, и вот — современник событий описывает склад в 8 тыс. м.кв., уставленный Aeron’ами, которые вдруг оказались совершенно ненужным и не ликвидным товаром.

Почему «прозрение» насчет пузыря доткомов наступило именно в марте 2000-го?

Наверное, не было (и не могло быть) одной-единственной причины, было совпадение большого количества многих факторов, вроде подорожавших денег — как раз была поднята процентная ставка.

Как раз в этот момент начались проблемы у доминирующих тогда на мировых рынках японских производителей электронных компонентов, из-за чего резко подорожала элементная база.

А тут еще выяснилось, что биржа NASDAQ не изучала должным образом финансовые документы компаний, выходящих на IPO. Такого рода очевидных и вроде бы незначительных причин хватало, и вместе эти десятки мелких камешков воздали обрушевшую рынок лавину.

Но был еще один, очень важный урок, который в тот момент рынок выучил (или, скорее, принудительно разучивал): интернет — не отдельная отрасль, не бизнес-процесс, который создает новые рынки — он лишь инструмент для расширения и модернизации существующих бизнес-процессов.

Многие компании с этим разобрались и смогли преодолеть кризис (например, Amazon или eBay), какие-то даже (Google) и вовсе сделали рывок, став из тех, кого разве что в рамках Кремниевой долины знали как неплохих парней, мировыми лидерами.

В конце концов, даже Priceline, стартап по скидкам на бронирование авиабилетов, крах который поразил тогда всех больше всего и, казалось, ударил по инвесторам больнее всего, выкрутились, выжили — пережив ряд очень болезненных процессов — и стали Booking.

Но выжили не все — больше половины высокотехнологичных компаний обанкротились, инвесторы безвозвратно потеряли примерно 60% всех своих вложений.

Хотя — откроем страшную тайну — рынок, начавший восстанавливаться после 2003 года, принесет инвестировавшим в Кремниевую долину, в итоге, прибыль, на фоне которой потери от лопнувших стартапов выглядят смехотворными — вот только мало кто окажется в состоянии терпеть три года убытков.

Очень интересно, насколько урок «пузырей доткомов» оказался усвоен (в конце концов, с той поры четверть века прошло!), особенно в связи с огромными инвестициями в очередную «новую нефть» в виде AI — ну, это мы с вами скоро узнаем.

От редакции про текущие данные: