Дорогая нефть уже не главный страх бизнеса

Что изменилось

McKinsey опросила почти тысячу представителей бизнеса из 86 стран и спросила, что сейчас сильнее всего угрожает мировой экономике.

Если смотреть на общую картину, настроение стало немного лучше:

1. в июне об улучшении мировой экономики за предыдущие полгода говорили 21% опрошенных;
2. в сентябре — уже 27%;
3. доля тех, кто видел ухудшение, одновременно снизилась с 63% до 49%.

То есть пессимистов всё ещё очень много. Но их хотя бы стало меньше.

Причём на ближайшие шесть месяцев бизнес вообще раскололся практически пополам: примерно треть ждёт улучшения, примерно столько же — ухудшения.

В общем, мировой бизнес пока не решил, стакан наполовину пуст или наполовину полон. Но хотя бы перестал утверждать, что стакан вот-вот разобьют.

Интереснее, впрочем, не сами ожидания, а то, чего именно компании теперь боятся.

Старые страхи постепенно отступают

Главным риском с огромным отрывом остаётся геополитическая неопределённость. Её называют 62% респондентов — ровно столько же, сколько тремя месяцами ранее.

А дальше картина меняется.

За один квартал:

1. рост цен на энергоносители: 39% → 33%;
2. сбои в цепочках поставок: 27% → 18%;
3. высокая инфляция: 25% → 20%.

Особенно любопытна логистика. Минус девять процентных пунктов за три месяца — довольно заметное изменение настроений.

Это не означает, что нефть внезапно стала дешёвой, перевозки — простыми, а инфляция — побеждённой.

Скорее, бизнес постепенно научился со всем этим жить.

За последние несколько лет компании получили огромное количество практического опыта по принципу «что делать, если всё сломалось».

Например:

1. менять поставщиков;
2. держать больше запасов;
3. перестраивать маршруты;
4. искать альтернативные рынки;
5. переносить часть производства;
6. закладывать более высокие расходы в цены;
7. хеджировать валютные и сырьевые риски.

В 2020 году фраза «у нас сломалась глобальная цепочка поставок» звучала почти как начало фильма-катастрофы.

Теперь это, видимо, просто ещё один пункт в рабочем календаре директора по закупкам.

Энергетический кризис закончился?

Нет.

И тут как раз стоит быть аккуратнее с заголовками.

Проблемы с поставками через Ормузский пролив по-прежнему весьма серьёзные. Международное энергетическое агентство сообщало, что экспорт нефтепродуктов и сжиженных нефтяных газов из региона остаётся значительно ниже прежних уровней.

Особенно сильно пострадали отдельные виды топлива, включая дизель.

Но мировой энергетический рынок показал довольно приличную способность к адаптации:

1. используются коммерческие и стратегические запасы;
2. нефть перенаправляется по другим маршрутам;
3. часть дефицита компенсируют производители из других регионов;
4. переработчики меняют структуру закупок;
5. потребители тоже начинают экономить или искать замену.

Энергетическая проблема никуда не делась. Просто она стала чуть менее неизвестной.

А для бизнеса это очень важно.

Одно дело — проблема, про которую ты понятия не имеешь, что делать.

Другое — дорогая и неприятная проблема, но уже с более-менее понятным набором решений.

Зато быстро растёт другой страх

Есть в опросе McKinsey показатель, который движется в противоположную сторону.

Опасения по поводу торговой политики и международных торговых отношений выросли:

с 22% в июне до 29% в сентябре.

И вот тут, на мой взгляд, начинается самое интересное.

В последние полтора года правительства снова начали намного активнее использовать тарифы и другие торговые ограничения.

Только с начала 2025 года Всемирная торговая организация зафиксировала более 60 крупных тарифных решений.

Если приложить эти меры к торговым потокам 2024 года, они затрагивают примерно 11% мировой торговли.

Отдельный вклад внесли США, которые летом объявили новые торговые меры в отношении десятков экономик.

Для одних товаров появились дополнительные пошлины, для других изменились действующие режимы доступа на американский рынок.

И тут возникает принципиальная разница между энергетическим и торговым риском.

Дорогая нефть — плохо. Неизвестные правила — хуже

Представим компанию, которая производит условные кофеварки.

Если подорожала электроэнергия — неприятно. Но это можно посчитать.

Если выросла стоимость перевозки контейнера — тоже можно посчитать.

Если поставщик компонентов поднял цену на 8% — опять же можно открыть Excel, немного погрустить и начать искать нового поставщика.

А теперь представим другое.

Сегодня твои комплектующие облагаются пошлиной 5%.

Через два месяца — 15%.

Потом другая страна вводит ответные меры.

После этого выясняется, что какой-нибудь компонент выгоднее везти уже из третьей страны.

Но там дороже рабочая сила.

А через полгода правила снова меняются.

В цене нефти хотя бы есть цена.В торговой политике иногда нет даже уверенности, по каким правилам ты завтра будешь эту цену считать.

Международный валютный фонд уже неоднократно обращал внимание на эту проблему: торговая неопределённость способна тормозить инвестиции просто потому, что бизнесу становится сложнее принимать долгосрочные решения.

Строить завод — это всё-таки не подписку на Netflix оформить. Решение принимается на десять, двадцать, иногда тридцать лет.

Если непонятно, кому и на каких условиях ты через пять лет будешь продавать произведённый товар, желание вложить несколько миллиардов долларов несколько уменьшается.

Компании уже не просто обсуждают риски

Есть ещё одна интересная деталь в данных McKinsey.

Раньше наиболее распространённой реакцией компаний на изменения торговой политики было сценарное планирование.

Грубо говоря:

«А давайте посчитаем, что будет, если введут пошлины».

Теперь всё больше компаний переходят от PowerPoint к реальной жизни.

Они уже:

1. ищут новых поставщиков;
2. меняют географию закупок;
3. пересматривают цепочки поставок;
4. диверсифицируют производство;
5. готовят альтернативные маршруты импорта.

То есть торговая напряжённость постепенно превращается из новостного сюжета в вполне конкретные расходы бизнеса.

И это, пожалуй, важнее самого роста показателя с 22% до 29%.

Но хоронить мировую торговлю пока рановато

После всего написанного выше можно решить, что глобализация закончилась, границы закрываются, а мировой торговле осталось красиво лечь и умереть.

Но цифры пока этого не показывают.

Большая часть мировой торговли по-прежнему происходит по обычным правилам Всемирной торговой организации.

Около 72% торговли товарами продолжает идти в рамках стандартного режима наибольшего благоприятствования.

И сама мировая торговля, несмотря на все пошлины и политические конфликты, продолжает расти.

То есть парадокс довольно забавный.

С одной стороны:

1. компании всё сильнее боятся торговых ограничений;
2. правительства вводят новые тарифы;
3. цепочки поставок снова начинают перестраивать.

С другой:

1. мировой товарооборот пока держится;
2. большая часть торговли идёт без чрезвычайных ограничений;
3. глобальная экономика снова оказывается устойчивее, чем можно было подумать, читая новости.

И ещё немного географии

Настроения бизнеса при этом очень сильно отличаются по регионам.

Индекс McKinsey, который сравнивает текущие оценки компаний с исторической нормой каждого региона, за квартал изменился так:

1. Индия: 62 → 92;
2. Азиатско-Тихоокеанский регион: 76 → 92;
3. Европа: 86 → 100;
4. Северная Америка: 72 → 75.

Европа, таким образом, вернулась примерно к своей исторической норме.

Индия и Азия довольно резко отыграли прежний пессимизм.

А вот Северная Америка почти не сдвинулась.

Так что говорить о каком-то едином «настроении мировой экономики» вообще довольно условно. Индийский бизнес и американский сейчас явно смотрят на происходящее немного разными глазами.

Что в итоге

Мне кажется, главный вывод из этого опроса не в том, что энергетический кризис закончился и теперь начался торговый.

Это было бы слишком просто.

Скорее происходит другое.

Мировая экономика постепенно адаптируется к тем шокам, которые ещё несколько лет назад казались совершенно чрезвычайными.

Пандемия научила бизнес перестраивать логистику.

Энергетический кризис — искать новые источники сырья и новые маршруты.

Инфляция — жить с более высокой стоимостью денег и ресурсов.

Теперь появляется следующий большой вопрос: насколько хорошо компании смогут адаптироваться к миру, в котором государства всё активнее вмешиваются в международную торговлю.

Потому что танкер можно отправить другим маршрутом.

Поставщика можно поменять.

Запасы можно увеличить.

А вот когда постоянно меняются сами правила игры, Excel помогает уже немного хуже.