Льготы в обмен на воздух: почему ревизия Новака — это приговор эпохе бумажных инвестиций

На совещании у Президента прозвучало слово, которого российский крупный бизнес боялся последние пятнадцать лет. Вице-премьер Александр Новак предложил провести ревизию текущих инвестиционных проектов. Не «рассмотреть возможность поддержки», не «продлить сроки реализации», не «войти в положение». А именно ревизию — сухую, бухгалтерскую, бескомпромиссную проверку того, на что пошли государственные льготы и где обещанные заводы.

Я приветствую это предложение. Более того, я считаю, что оно запоздало как минимум на пять лет. И сейчас объясню почему.

Передо мной лежит кейс, который я считаю хрестоматийным. Он настолько показателен, что по нему можно изучать историю болезни всей системы государственной поддержки инвестиций в России. Это проект «Краслесинвест» в Красноярском крае. Проект, который получил статус приоритетного в 2008 году. Проект, который должен был завершиться в 2013-м. Проект, который жив до сих пор — и не построил главного.

Анатомия провала: пятнадцать лет и три миллиарда рублей

В 2008 году «Краслесинвест» получил статус приоритетного инвестиционного проекта в области освоения лесов. Это дало компании право на аренду лесных участков с понижающим коэффициентом 0,5. Иными словами, государство сказало: «Мы даём вам лес за полцены, а вы взамен строите комплекс по глубокой переработке древесины». По планам, комплекс должен был выдавать 368 тысяч кубометров пиломатериалов, 102 тысячи тонн топливных гранул и — внимание — один миллион тонн целлюлозы ежегодно.

Миллион тонн целлюлозы. Это градообразующее предприятие. Это тысячи рабочих мест. Это налоги на десятилетия вперёд. Именно под это давались льготы. И именно это не было построено.

Давайте по годам. 2008-й — старт. 2013-й — плановое завершение. Не завершено. Срок переносится на 2019-й. В 2016 году запущено лесопильное производство. В 2019-м — производство пеллет. Это хорошо, это работа, это продукция. Но это не ЦБК. Срок снова переносится — на 2021-й. Затем — на 2028-й. Целлюлозно-бумажного комбината нет до сих пор.

Зато есть другая цифра. По данным Счётной палаты, за шестнадцать лет пользования льготным коэффициентом компания сэкономила на аренде леса 2,91 миллиарда рублей. Почти три миллиарда недополученных бюджетом средств. И где миллион тонн целлюлозы? Его нет. Есть работающее лесопиление, есть пеллетный завод — но государство договаривалось не об этом.

Ловушка, в которую государство загнало себя само

В 2019 году к проекту подключился ВЭБ.РФ. Да-да, тот самый институт развития, который финансирует стратегические проекты. В паре с «Роквелл Капитал» они создали ООО «Тайга Холдинг» — управляющую компанию для «Краслесинвеста». И вот здесь возникает парадокс, который можно назвать "ловушкой обязательств«.

Государство не просто предоставило льготы частному инвестору. Государство через ВЭБ.РФ само стало соинвестором проблемного актива. Теперь представьте, что правительство решает отозвать у «Краслесинвеста» статус приоритетного проекта и доначислить ему те самые 2,91 миллиарда рублей арендной платы за все годы. Что произойдёт? Компания обанкротится. Лесопильное производство и пеллетный завод, которые реально работают и создают рабочие места, остановятся. А главный пострадавший — ВЭБ.РФ, государственная корпорация, которая вложила в проект реальные деньги.

Это и есть ловушка. Государство не может ни наказать неэффективного инвестора, не ударив по самому себе, ни простить его, не создав прецедент безнаказанности для всех остальных. Именно поэтому я говорю, что ревизия Новака назрела давно. Потому что такие ловушки — не единичны.

Система, а не случай

Было бы ошибкой считать «Краслесинвест» исключением. Это не исключение. Это симптом. Система приоритетных инвестиционных проектов, построенная на принципе «авансирования доверия», дала свой закономерный результат. Компании получают долгосрочные льготы под будущие обязательства. Они запускают «лёгкие» очереди — лесопиление, пеллеты. Они откладывают «тяжёлые» очереди — ЦБК, гидролиз. Льготы продолжают действовать, потому что статус ПИП сохраняется. Сроки переносятся. И так — годами. Десятилетиями.

Масштаб проблемы в лесной отрасли признаётся на уровне Счётной палаты, которая фиксирует «ряд проектов» с аналогичной ситуацией. Но, положа руку на сердце, я скажу: эта проблема характерна для любой отрасли, где государство раздаёт преференции под будущие стройки. Станкостроение, химическая промышленность, инфраструктурные проекты — везде есть свои «краслесинвесты», которые вовремя не построили обещанного, но льготами пользовались исправно.

Время, когда деньги должны работать

Почему ревизия нужна именно сейчас, а не через пять лет? Потому что экономическая ситуация в стране этого требует.

По данным совместного исследования ПСБ, «Опоры России» и НАФИ, индекс деловой активности малого и среднего бизнеса RSBI в конце 2025 года находился на уровне 54,5 пункта — вроде бы в зоне роста. Но компонента «Продажи» устойчиво держалась ниже 50 пунктов — в зоне спада. Это означает, что предприниматели не могут конвертировать свою активность в реальную выручку. Потребительский спрос сжимается.

И в это же самое время вступает в силу налоговая реформа. НДС повышается с 20 до 22 процентов. Порог обязательной уплаты НДС снижается с 60 до 10 миллионов рублей — правда, с переходными периодами, но неуклонно. Пониженная ставка страховых взносов в 15 процентов для МСП отменяется, возвращается базовая — 30 процентов. По оценкам, реформа затронет более 700 тысяч предпринимателей.

Я читал результаты опросов. Тридцать процентов компаний заявили о планах закрыть бизнес. Ещё тридцать — о переходе в тень. Двадцать пять процентов — о сокращении персонала. Это не страшилки. Это данные, которые должны звучать на каждом совещании, где обсуждаются инвестиции.

А теперь посмотрите на ситуацию с двух сторон. С одной стороны — крупные ПИП, которые годами не выполняют обязательства, но пользуются льготами. С другой — малый и средний бизнес, который задыхается от налогового бремени и падения спроса. Это сообщающиеся сосуды. Каждый рубль, недополученный бюджетом из-за «зависших» льгот, — это рубль, который мог бы пойти на снижение налоговой нагрузки для МСП. Каждый проект-пустышка — это удар по инвестиционному климату, который отпугивает честных инвесторов.

Что делать: ревизия без гнева и пристрастия

Я не призываю к «охоте на ведьм». Я призываю к хирургической операции. Ревизия, которую предложил Новак, должна быть не кампанейщиной, а системной работой. Вот пять принципов, на которых она, на мой взгляд, должна строиться.

Первый принцип: аудит всех ПИП, а не выборочная проверка. Нельзя ограничиться одним «Краслесинвестом». Надо пройти по всему реестру приоритетных проектов и задать каждому два вопроса: что было обещано и что реально построено. Без этого ревизия превратится в имитацию.

Второй принцип: дифференцированный подход. Есть проекты, которые действительно строятся, но отстают от графика по объективным причинам. Им надо помочь — кредитными каникулами, субсидированием ставки, административным содействием. Есть проекты, которые реализовали «лёгкие» очереди и заморозили «тяжёлые». С ними надо договариваться: либо вы подтверждаете новый, жёсткий график — либо возвращаете льготы. И есть проекты, которые не построили ничего. Им не мест 13f2 в реестре ПИП.

Третий принцип: защита рабочих мест. Если предприятие работает, платит зарплату и налоги, его нельзя банкротить только ради того, чтобы наказать собственника. Надо отделять ответственность юридического лица от социальных последствий. Возможно, для таких случаев нужна «инвестиционная амнистия»: инвестор отказывается от части льгот, но сохраняет производство и персонал.

Четвёртый принцип: новый механизм предоставления льгот. Хватит авансировать доверие. Льготы должны предоставляться поэтапно. Построил первую очередь — получил первую часть преференций. Построил вторую — вторую. Не построил — не получил. Это снимет стимул к «зависанию» на стадии лесопиления.

Пятый принцип: прозрачность. Результаты ревизии должны быть публичными. Налогоплательщики имеют право знать, на что пошли их деньги. Предприниматели должны видеть, что правила игры едины для всех — и для гигантов с государственными льготами, и для малого бизнеса, который платит полную ставку.

Что в итоге

Ревизия Новака — это не просто техническое поручение. Это момент истины для всей системы государственной поддержки инвестиций. Если она будет проведена жёстко и системно, мы получим оздоровление инвестиционного климата. Слабые проекты уйдут, освободив ресурсы для сильных. Прецедент «Краслесинвеста» — с пятнадцатилетней историей, тремя переносами сроков и непостроенным ЦБК — станет не правилом, а уроком.

Если ревизия будет проведена формально — все сроки снова продлят, все обязательства заморозят, — система останется прежней. А малый и средний бизнес продолжит нести основное налоговое бремя, теряя рентабельность и уходя в тень.

Я optimist. Я верю, что государство, которое смогло выстроить финансовую систему, устоявшую под беспрецедентным внешним давлением, способно навести порядок и в собственном инвестиционном доме. Потому что в конечном счёте всё упирается в простую истину, которую я повторяю в каждой своей статье: люди — это главное богатство любого государства. Не заводы, не тонны целлюлозы, не миллиарды на счетах. Люди. И когда государство проводит ревизию, оно должно думать не о том, как наказать нерадивого инвестора, а о том, как сделать так, чтобы каждый рубль государственной поддержки работал на благо граждан.

Ревизия Новака — это шанс. Шанс перезагрузить систему, вернуть доверие бизнеса и граждан, показать, что правила игры едины для всех. Не упустите его.