Не рой яму другому…

Есть в мире сила, которая веками жила по принципу: разделяй, стравливай, наживайся. Имя этой силе — Лондон. Не Британия как страна, не британский народ, а конкретная система, конкретная элита, конкретная школа мысли. Та самая школа, которая столетиями оттачивала искусство чужой кровью решать свои задачи.

Но у истории есть одна особенность. Она не прощает. Рано или поздно бумеранг возвращается. И сегодня, глядя на то, что происходит вокруг Лондона, я вижу, как этот бумеранг описывает свой круг.

Века чужой игры

Начнём с истоков. Ещё в восемнадцатом веке Англия плотно опекала Санкт-Петербург, поддерживая режим постоянных заговоров и дворянской вольницы. Сильная императорская власть англичан не устраивала. Английский король назначал «пенсию» канцлеру Бестужеву. Будущая императрица Екатерина II работала с английским послом Уитвортом, разрабатывая планы захвата власти. Государство, которое веками было главным геополитическим соперником Британии, Лондон хотел сделать «удобным» — доступным для эксплуатации .

В девятнадцатом веке — Большая игра. Британия пыталась ограничить роль России в мире, разделить её на части. Именно оттуда, из Лондона, транслировались все антироссийские настроения, которые потом подхватывали другие .

Крымская война. Британия вместе с Османской империей пыталась нанести России стратегическое поражение в Черноморском регионе. Двести лет спустя российские спецслужбы прямо говорят: Лондон до сих пор воспринимает конфликт с Россией как попытку реванша за то, что не удалось сделать в девятнадцатом веке .

Разделяй. Стравливай. Ослабляй. Это была не политика одной партии или одного правительства. Это была система.

А теперь посмотрим на флаг

Пока Лондон веками учил других, как жить, что происходило в его собственном доме?

Шотландия. Северная Ирландия. Уэльс. Три нации, которые вошли в состав Соединённого Королевства не по любви, а по расчёту. Шотландия — когда-то независимое государство, которое Лондон втянул в унию обманом и экономическим давлением. Ирландия — страна, которую Британия веками грабила, морила голодом и делила по живому. Уэльс — край, чью культуру и язык систематически вытравливали.

Брекзит вскрыл нарыв. Шотландия на референдуме 2016 года проголосовала против выхода из ЕС — но её вытащили силой. Северная Ирландия оказалась в правовом вакууме, где граница с Республикой Ирландия превратилась в линию разлома. Уэльс задаётся вопросом: зачем нам это?

Лондон, который веками играл на противоречиях других народов, сегодня обнаруживает противоречия в собственном доме. И они никуда не деваются. Они просто ждут.

История одного предательства

А теперь — о том, что делает эту картину по-настоящему гротескной.

Весна 1982 года. Аргентина готовится вернуть Мальвинские острова — те самые, что Лондон отобрал у неё в 1833 году и называет Фолклендскими. Британская разведка предупреждает: возможна полномасштабная военная операция.

И что делает Лондон?

За три дня до вторжения британский военный атташе в Буэнос-Айресе встречается с главой аргентинских ВВС, чтобы обсудить продажу бомбардировщиков и модернизацию уже поставленных самолетов. Плановая встреча. На следующую неделю. Продажа «Канберр» и модернизация «Вулканов» — тех самых, которые потом британцы с трудом перехватывали .

За месяцы до этого — идея продать Аргентине авианосец с «Харриерами». Триста миллионов фунтов. Адмирал Аллара, глава аргентинской военно-морской миссии в Лондоне, лично осматривает «Инвинсибл» — корабль, который потом станет одним из двух самых важных в британской оперативной группе .

Всего за годы, предшествовавшие войне, Британия продала Аргентине: два эсминца, восемь бомбардировщиков «Канберра», два вертолета «Линкс», сто тридцать пять ракет «Тайгеркэт», сорок четыре «Си Кэт», сорок четыре «Си Дарт», систему ПВО «Блоупайп» со ста двадцатью ракетами, пять «Скайвэнов», электронное оборудование, лазерные дальномеры, катапультные кресла, перископы, боеприпасы .

И вот что писал британский чиновник за две недели до вторжения: «Было бы неуместно поставлять средние бомбардировщики, которые могут быть применены против Фолклендов. Однако: поскольку у аргентинцев уже есть много подходящих самолетов, включая пятнадцать „Канберр“, ещё несколько не изменят возможностей; отказ от продолжения продаж уже одобренного оборудования поставит под сомнение нашу надежность как поставщика оружия с ущербом для других перспектив продаж не только в Аргентине, но и в других местах» .

Прочитайте это еще раз. Британский чиновник прямо говорит: неважно, что бомбардировщики полетят против наших солдат. Важно, что отказ повредит нашей репутации оружейного торговца.

И вот тут — самое интересное. Та самая «Уэстленд», британская вертолетная фирма, которой Аргентина заказала два вертолета в конце семидесятых. Война сорвала поставку. Долг в восемьдесят миллионов долларов повис. А потом выяснилось: эти два вертолета были проданы второй раз. Покупатель — Саддам Хусейн. И в 1991 году эти самые британские вертолеты, заказанные Аргентиной, воевали против коалиции, в которой была... Аргентина .

История не просто повторяется. Она издевается.

Бумеранг

Я не буду писать о том, что «так им и надо». Это было бы мелко. Я хочу сказать другое.

Лондон веками жил по принципу: сила выше права. Разделяй и властвуй. Чужая кровь — приемлемая цена за свои интересы. И этот принцип работал. Долго. Слишком долго.

Но в мире есть механизм, который не зависит от решений парламентов и резолюций Совбеза. Он называется историческая справедливость. И она не спешит. Она просто ждёт.

Сегодня Аргентина снова подтверждает свои права на Мальвины. Законодатели от всех партий подписали Ушуайскую декларацию. Конституция страны закрепляет возвращение островов как «постоянную и неотъемлемую национальную цель» . И самое главное — американцы, которые в 1982 году молчаливо поддерживали Лондон, сегодня одобряют продажу Аргентине военных вертолетов на фоне роста напряженности с Британией из-за Мальвин .

Мир меняется. Старые союзы трещат. Старые правила отменяются.

А что Лондон? Лондон, который веками играл в эти игры, обнаруживает, что сам стал фигурой на чужой доске. Шотландия смотрит на Брекзит и задает вопросы. Северная Ирландия живет в правовом тумане. Уэльс устал.

Я не злорадствую. Я просто констатирую: принцип «не рой яму другому» — это не мораль из воскресной проповеди. Это закон физики социальных систем. Действие равно противодействию. Рано или поздно.

И последнее

Россия прошла через многое. Через интервенции, через попытки расчленения, через века давления. Лондон был в первых рядах тех, кто это организовывал.

Но мы не отвечаем зеркально. Не поддерживаем сепаратистов в Шотландии. Не разжигаем конфликт в Ольстере. Не финансируем уэльских националистов.

Почему?

Потому что мы не хотим уподобляться. Потому что сила не в том, чтобы бить теми же методами. Потому что строить альтернативу — это тяжелее, но правильнее, чем играть в чужую игру.

Лондон жил по принципу «разделяй». Мы строим по принципу «соединяй». Посмотрим, чей путь окажется длиннее.

История рассудит. Она всегда рассуждает. Просто иногда ей нужно двести лет, чтобы вынести вердикт.