Энергия для суверенитета

Сегодня по приглашению организаторов я посетил форум «Цифровые решения» в Национальном центре «Россия». Зал был полон. Михаил Мишустин говорил о том, что цифровой суверенитет — это не лозунг, а необходимость. Дмитрий Григоренко предупредил, что искусственный интеллект может убить цифровые платформы как класс посредников. Спикеры сменяли друг друга, и всё, что они говорили, было правильно. Премьер-министр прямо заявил: нельзя допустить зависимость России от чужих ИИ-технологий, в критически значимой инфраструктуре будут определять, когда возможно использование только отечественных фундаментальных моделей . Он также сообщил, что совокупный оборот российских цифровых компаний превысил в прошлом году 21 триллион рублей, прирост почти двадцать процентов .

Я слушал и думал о другом. О том, что за скобками этого разговора осталось нечто более важное. То, без чего ни цифровизация, ни искусственный интеллект, ни технологический суверенитет не имеют физической основы. Энергия.

В тот же день, пока в Национальном центре говорили о цифре, Владимир Путин открыл в Москве производственный комплекс «Росатома» по выпуску электрических батарей и провёл отдельное совещание по развитию систем накопления энергии. Его формулировка прозвучала предельно ясно: «Энергия — это базовый ресурс экономики». Накопители, по его словам, нужно шире внедрять в электросетевой комплекс, особенно там, где дефицит энергоресурсов. И отдельно он подчеркнул: аккумуляторы могут обеспечить растущие мощности центров обработки данных.

Это не два разных разговора. Это один разговор. И он говорит о том, что власть понимает корень проблемы. Но понимания недостаточно. Нужны конкретные шаги, и нужны они быстро.

Давайте посмотрим на цифры. По данным «Системного оператора», мощность подключённых к энергосистеме центров обработки данных и майнинга достигла 4,2 гигаватта . За три года доля ЦОДов в общей структуре электропотребления выросла вдвое: с 1,4% в 2022 году до 2,2% в 2025-м. В 2026 году прогнозируется 2,4%. А в ближайшие пять лет совокупный объём потребляемой мощности центров высокотехнологичных вычислений может достичь 15,3 гигаватта . Замминистра энергетики Пётр Конюшенко оценивает мощность «полезных» ЦОДов в 1,7 гигаватта, а общую подключённую — около 5 гигаватт .

Теперь сопоставьте это с состоянием генерации. Средний возраст традиционной генерации в России достиг 37 лет. Для обновления мощностей необходимо ежегодно вводить 4,5–6 гигаватт. Дефицит на оптовом рынке электроэнергии с 2020 по 2024 год вырос на 79 процентов. В Дальневосточном и Сибирском регионах — более чем вдвое.

Вот где корень. Не в том, что у нас нет ИИ или цифровых платформ. А в том, что цифровая надстройка растёт быстрее, чем энергетический фундамент. И если этот разрыв не закрыть, всё, что говорилось сегодня со сцены, останется задачами и целями, но не станет бытностью.

Что уже делается? Правительство ведёт масштабную работу по созданию сети центров обработки данных. В регионах строятся 42 таких объекта . Формируется генеральная схема размещения ЦОДов: приоритет отдаётся территориям с профицитом электроэнергии, а также регионам, располагающим атомными и гидроэлектростанциями . Это правильный подход. Но он не решает проблему целиком.

Решение — это не один «чудо-источник». Это сбалансированная система. Газотурбинные установки малой мощности для быстрого закрытия дефицита. Малые атомные реакторы для долгосрочной базы. Возобновляемые источники для локальных решений. И накопители — для стабильности сети и автономного питания ЦОДов.

О малых атомных реакторах стоит сказать отдельно. Россия здесь обладает уникальным положением. Генеральный директор «Росатома» Алексей Лихачёв доложил президенту: в производстве находится 28 реакторов серии РИТМ-200, из них 15 уже изготовлены. Его прямая цитата: «Ни у одной страны мира нет опыта производства 28 реакторов». Плавучая АЭС «Академик Ломоносов» работает с 2020 года в Певеке, выработано более 1,2 миллиарда киловатт-часов. Это не концепция. Это серийное производство.

Для дата-центров разрабатываются микрореакторы мощностью от 5 до 50 мегаватт. Высокотемпературные газоохлаждаемые или жидко-металлические контуры, совместимые с компактными турбинами. Возможна схема тригенерации: электричество, тепло и холод. ИИ-система управления динамически регулирует нейтронный поток под текущую нагрузку. Цифровой двойник обеспечивает пассивное адаптивное регулирование. Минимальный персонал на площадке. Это прямой ответ на поручение президента об обеспечении электроэнергией дата-центров.

Но здесь есть вопрос, который мы обычно обходим. Где взять деньги? Бюджета нет. И это правда. Но есть три реальных источника. Первый — частные инвестиции и государственно-частное партнёрство. Энергетические компании уже инвестируют около пяти триллионов рублей в год. Концессии, ГЧП, модель «take or pay» — когда клиент просто покупает электроэнергию по фиксированной цене, а станция принадлежит «Росатому». Второй — льготные кредиты Фонда развития промышленности под три-пять процентов годовых. Третий — тарифные механизмы. Дальневосточная надбавка позволяет привлекать инвестиции, не перекладывая всю нагрузку на население.

Теперь о главном. О людях.

Прорыв — удел счастливых людей. Это не красивая фраза, это экономический закон. Творческая мысль требует спокойствия и уверенности в завтрашнем дне. Она не может быть встревожена мыслями о том, как купить жильё, еду, одежду, дать образование детям и достойную старость родителям. Если человек думает только о выживании, он не создаёт новое. Он воспроизводит старое.

Без энергии нет ни экономического роста, ни социального спокойствия. В Мурманской области зима 2026 года стала стресс-тестом, который энергосистема провалила: 105 инцидентов, два масштабных блэкаута, люди мерзали при минус двадцати. В Дагестане в январе люди сидели без воды. Это не «неудобство». Это прямая угроза качеству жизни. И это происходит не где-то далеко, а в нашей стране.

Энергия — это не «одна из отраслей». Это фундамент, на котором стоит всё остальное. Накопители, о которых говорил президент, — важное звено. Но не замена генерации. Нужны новые газотурбинные установки, новые малые атомные станции, новые гидроэлектростанции, новые солнечные панели. Всё это уже есть в разработках, в проектах, в планах. Нужно ускорить их реализацию.

Я не призываю. Я не давлю. Я показываю факты. Власть понимает корень проблемы. Форум «Цифровые решения» показал, что цифровая повестка амбициозна и системна. Совещание у президента в тот же день показало, что энергетическая повестка признана приоритетом. Осталось соединить эти две линии в одну. И сделать это быстро.

Без энергии не взлетим. Это не метафора. Это физика.