Дорога, которую прервала война. Как простые люди строили Север-Юг, а политики всё разрушили

И которая сейчас стоит, уткнувшись в закрытые границы и воющие сирены.

О чём эта дорога?

Международный транспортный коридор «Север-Юг» — это не просто асфальт и рельсы. Это нить, которая должна была связать Россию с огромным миром Азии и Ближнего Востока. Идея родилась ещё в 2000 году, когда Россия, Иран и Индия подписали первое соглашение. Потом к ним присоединились Азербайджан, Казахстан, Беларусь и ещё десяток стран. Общая протяжённость — 7200 километров. Три ветки: западная (через Азербайджан), восточная (через Казахстан и Туркмению) и транскаспийская (морем).

Планы были грандиозные. К 2030 году по коридору должно было проходить 32 миллиона тонн грузов в год. Инвестиции — более 38 миллиардов долларов. И всё это ради того, чтобы наши товары могли попадать в Индию и страны Залива быстрее и дешевле, чем через Суэцкий канал.

Что успели сделать?

За эти годы сделано немало. В мае 2023 года Россия и Иран подписали соглашение о строительстве ключевого железнодорожного участка Решт — Астара. Россия выделила кредит в 1,3 миллиарда евро. Стройка должна была начаться в апреле 2026 года. Уже выкупили половину необходимых земель.

На границе с Азербайджаном модернизировали пункты пропуска. «Тагиркент-Казмаляр» теперь пропускает до 600 грузовиков в сутки, а «Ново-Филя» работает круглосуточно. В Астрахани и Махачкале реконструируют порты, углубляют Волго-Каспийский канал.

И результат был. Товарооборот с Азербайджаном вырос на 7,7%, превысив 400 миллиардов рублей. Грузы пошли. Люди поверили.

И тут грянул гром

28 февраля 2026 года США и Израиль начали военную операцию против Ирана. И всё, что строилось годами, встало. Транзит через Иран практически остановился. Российские экспортёры уже потеряли, по разным оценкам, от 50 до 70 миллионов долларов. И эта цифра растёт с каждым днём.

Аналитики говорят, что по итогам года перевалка грузов на коридоре может упасть на четверть, а то и больше. Компании в панике ищут новые рынки — в Северной Африке, в Латинской Америке, но возить туда дорого и долго.

Что говорят наши?

Дмитрий Песков, пресс-секретарь президента, 11 марта заявил, что Россия не отказывается от проекта, но признал: «В части Ирана реализация сейчас вестись не может». Глава Минтранса Андрей Никитин подтвердил, что рассчитывают продолжить после окончания «горячей фазы» конфликта.

А что будет с людьми?

Девочки, за этими сухими цифрами — тысячи судеб. Водители, которые остались без рейсов. Портовики, которые потеряли работу. Инженеры, которые годами проектировали этот коридор. Предприниматели, которые вложили деньги в логистику. Они все сейчас в подвешенном состоянии.

Я верю, что когда-нибудь война закончится и «Север-Юг» заработает. Но сколько ещё людей потеряют веру, сколько денег уйдёт в никуда, прежде чем это случится? И главное — кто ответит за то, что чужие амбиции разрушили наши планы?

Дорога ждёт. И мы будем ждать вместе с ней. ❤️